член-корреспондент РАН, доктор экономических наук, профессор, директор
член-корреспондент РАН, доктор экономических наук, профессор
Corresponding Member of the RAS, Dr. Sc. (Economics), Professor, Director
Professor
аспирант, младший научный сотрудник
Postgraduate Student, Junior Research Associate
Введение. Данная статья посвящена истории заселения русскими Урянхайского края (современной Республики Тувы) до возникновения российского протектората. Цель исследования — анализ миграционных потоков, сопровождавших освоение Урянхайского края. Материалы и методы. Источниковой базой исследования послужил широкий круг материалов, среди которых значительную долю занимают дореволюционные издания, в том числе периодическая печать («Сибирь», «Минусинский край», «Минусинский листок», «Енисейская мысль», «Красноярский голос» и др.), содержащая сведения по изучаемой теме. Методологической основой статьи стали общенаучный принцип и методы научного познания. Результаты. Освоение края русским населением шло тремя основными потоками: золотопромышленным, земледельческим и торговым. Первые сведения о добыче золота в Урянхае относятся к 1837 г., когда русские стали разрабатывать золотые прииски в верховьях реки Систикема. Тувинцы работали на приисках, промывали золото латками. К 1910-м гг. в Урянхае действовало 15 приисков. Добыче золота препятствовало не только бездорожье, но и подписанное в 1903 г. постановление, по которому русские золотопромышленники обязаны были уйти с прииска, если китайское правительство на это укажет. Одними из первых в Урянхае осели староверы, пришедшие в 60-х гг. XIX в. в поисках страны Беловодья. Они стали первыми русскими, начавшими возделывать землю края. В периодических изданиях земля тувинцев была представлена плодородным краем, а после изгнания китайцев популяризация «тучных земель» была организована среди минусинских крестьян и на территориях, расположенных вдоль сибирской железной дороги. К 1914 г. под русские посевы было занято свыше 3 000 десятин земли. Первые купцы, оказавшиеся на территории края, возили «товар за пазухой». Ножи, спички, табак и другие товары они выменивали на скот и пушнину. Значительная часть русских переселялась в Урянхай в основном из ближайших губерний. Наблюдалась замещающая миграция населения. Будучи осведомлены о ресурсах Урянхайского края, там селились страдающие от малоземелья крестьяне, проживавшие на границе с ним, а на их место прибывали переселенцы, в частности, минусинские крестьяне. Этнический и социальный состав выходцев из России не был однороден. Представители разных национальностей — русские, татары, хакасы, латыши, поляки — были также выходцами из разных сословий: купцов, казаков, крестьян. Это обстоятельство свидетельствует об активной миграционной мобильности населения в конце XIX и начале XX в. К моменту вхождения Урянхая под протекторат России в 1914 г. в крае проживало более 5,5 тыс. русских. Выводы. Заселение русскими Урянхая, с момента прихода староверов и до вхождения края под протекторат России, произошло менее чем за 60 лет. Такому быстрому и успешному заселению способствовал ряд факторов: географическое положение, отсутствие точной границы между двумя государствами, политическая ситуация в Китае и экономические возможности, открывшиеся в крае для русского населения.
Introduction. The article deals with the Russian colonization of Uryankhay Krai (present-day Tyva Republic) prior to the establishment of Russian protectorate. Goals. The paper aims at analyzing migration flows to have accompanied the peopling of Uryankhay Krai. Materials and methods. The source base for the study was a wide range of materials, among which a significant proportion is occupied by pre-revolutionary publications, including periodicals (Siberia, Minusinsk Territory, Minusinsk Leaf, Yenisei Thought, Krasnoyarsk Voice, etc.), containing information on the topic under study. The methodological basis of the article was the general scientific principle and methods of scientific knowledge. Data on the demographic composition of migrants are limited. Results. A total of three Russian population inflows — gold mining, agricultural, and commercial ones — can be traced. Earliest messages about gold mining in Uryankhay date back to 1837 when Russians started exploiting gold mines in upper reaches of the Sistikema River. Tuvans worked in the mines, panned for gold. By the 1910s, there were 15 operating mines in Uryankhay. Gold mining was hindered not only by roadless terrain but also by the 1903 decree obliging Russian gold miners to leave their mines upon receipt of any restrictive resolution from the Chinese Government. Those were Old Believers who had arrived in Uryankhay earliest (around the 1860s) in search of Belevodye kingdom. Those were first Russians to have started cultivating land in the region. Periodicals were depicting Tuvan-inhabited lands as fertile, and after the expulsion of the Chinese a campaign popularizing ‘rich soils’ was organized among Minusinsk peasants and across territories adjacent to the Siberian railway. By 1914, over 3,000 dessiatins were occupied by Russian crops. Earliest merchants to have arrived in region were delivering ‘goods in their bosom’ exchanging knives, matches, tobacco and other commodities for livestock and furs. The bulk of Russians moved to Uryankhay from nearest provinces and the migration could be characterized as replacement one: bordering peasants suffering from lack of plough-land and aware of Uryankhay’s resources chose to move therein to be replaced by migrant Minusinsk peasants. Ethnic and social structure of immigrants from Russia was not that homogeneous. So, representatives of different ethnic groups — Russians, Tatars, Khakas, Latvians, Poles — came from different social classes, e.g., merchants, Cossacks, peasants. This attests to a high migration mobility in the late 19th and early 20th centuries. As of the establishment of Russian protectorate in 1914, over 5,5 thousand Russians were living in the region. Conclusions. Russian colonization — from the arrival of Old Believers and to the official protectorate of Russia — was complete in less than 60 years. The rapid and successful process was facilitated by a number of factors, namely: geographical location, lack of an exact borderline between the two countries, China’s political situation, and economic opportunities for Russian population in the region.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.