кандидат филологических наук, доцент
Cand. Sc. (Philology), Associate Professor
доктор филологических наук, профессор, главный научный сотрудник
Dr. Sc. (Philology), Professor, Chief Research Associate
Введение. В последние десятилетия тувинцы с интересом обратились к изучению истории своих родовых групп на основе документов из государственных архивов или материалов-воспоминаний предков, которые сохранились в семейном архиве. Цель исследования — изучить особенности наименований этнических групп тувинцев. Исходя из поставленной цели, необходимо решить следующие задачи: систематизировать список наименований, восходящих к названиям родов и племен, на тувинском языке; изучить особенности субэтнической идентичности тувинцев; уточнить места расселения групп тувинцев к началу ХХ в.; изучить особенности этнического состава групп тувинцев; определить, какие группы, родственные тувинским, распространены за пределами Тувы. Материалом для исследования послужили тувинские этнонимы, извлеченные из существующей литературы по теме исследования и полевых материалов, собранных во время диалектологических и комплексных экспедиций. Результаты. Самоидентификация представителей тувинского народа связана с определением принадлежности к субэтнической группе. В тувинском языке зафиксированы названия более сорока крупных подразделений (восходящих к древнему племенному делению) тувинцев, которые имеют деление на родовые группы. Для идентификации групп тувинцев также особенно значимым является административно-территориальный признак, согласно установленному еще в середине XVIII в. маньчжурской (цинской) династией Китая административному делению. Анализ показывает, что в основе этногенеза тувинцев лежат преимущественно тюркоязычные компоненты, однако есть монголоязычные, самодийские, кетские, тунгусские элементы. Многие названия родоплеменных групп распространены не только на территории Тувы, но и за ее пределами, это подтверждает общность происхождения ряда тюркоязычных народов. Значительная часть тувинских этнонимов практически еще не была предметом изучения, поэтому требует более глубокого исследования.
Introduction. In recent decades, Tuvans have shown an increasing interest in their clan/tribal histories contained in state archival documents or memoirs of their ancestors preserved in family files. Goals. The article seeks to explore features of names adopted by Tuvan clan/tribal (subethnic) groups. To facilitate this, the paper shall systematize clan/tribal names in the Tuvan language, investigate clan/tribal identities from ancient times, identify habitats of Tuvan subethnic groups as of the early 20th century, explore peculiarities of subethnic structures, and single out communities closely related to Tuvan ones to be found beyond Tuva’s borders. Materials. The work analyzes Tuvan ethnonyms from publications on the topic of research and field data collected during dialectological and comprehensive research expeditions. Results. Tuvan self-identity is closely associated with subethnic (clan/tribal) origin. The Tuvan language contains names for a total of over forty tribal associations, the latter be further divided into intra-tribal units (clans). Another important self-identity factor is the administrative/territorial one established in the mid-18th century by the Manchu (Qing) Dynasty of China. Our analysis shows the Tuvan ethnogenesis was based mainly on Turkic-speaking components, however, one can still trace Mongolic, Samoyed, Ket, and Tungus elements therein. Quite a number of clan/tribal names are distributed not only in the territory of Tuva, but also beyond its borders, which attests to common origins of many Turkic-speaking communities. A significant part of Tuvan ethnonyms remain virtually unexplored to date, therefore, those require deeper insights.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.