кандидат филологических наук, научный сотрудник
Cand. Sc. (Phylology), Research Associate
Введение. Статья посвящена исследованию мансийского словаря по р. Чусовая из архива Г. Ф. Миллера, датированного первой половиной XVIII в. Насколько известно, в других архивах (например, А. М. Шёгрена и П. С. Палласа) данные о чусовом мансийском диалекте не содержатся, а единственный источник, в котором он упоминался, — это статья венгерского лингвиста Я. Гуйя. В ней автор на примере нескольких мансийских слов, зафиксированных в XVIII в. на территориях Нижнего Тагила, Нижней Туры и по течению р. Чусовая, выделяет три признака, отличающие диалекты этих мест от других. Сопоставление чусового словаря Г. Ф. Миллера с аналогичными лексемами из статьи Я. Гуйи показало расхождение с выводами ученого. Цель исследования — проверка уровня соответствия данных чусового диалекта с другими мансийскими диалектами, зафиксированными в том же регионе и в тот же период времени: неизвестным из архива П. С. Палласа, березовским, соликамским, чердынским, кунгурским, верхотурским и капринским диалектами, полное описание которых представлено в статье Ю. В. Норманской «Как менялась классификация мансийских диалектов (исследование на материале первых кириллических книг и словарей XVIII–XIX веков)» (2022 г.). Материалы и методы — мансийские архивные данные, сопоставительный и сравнительно-исторический методы. Результаты и выводы. Обратившись к данным, изложенным в статье Ю. В. Норманской, мы провели их полный сопоставительный анализ по диалектно-дифференцирующим чертам Л. Хонти (1988) и пришли к выводу, что мансийский словарь по р. Чусовая из архива Г. Ф. Миллера подтверждает полученные исследователем выводы: в XVIII в. диалектно-дифференцирующие признаки для северных и западных диалектов еще не возникли, либо только начинались. Однако черта, указанная Ю. В. Норманской как единственная, характерная только для северных диалектов — переход ПМанс. *k>χ перед задними гласными — на основании данных чусового диалекта, по традиционной классификации являющегося западным, не получила подтверждения: в нем зафиксирован такой же переход, как и в северных (chot ‘шесть’, chórom ‘три’).
Introduction. The article examines a dictionary of Mansi compiled from lexemes recorded along the Chusovaya River in the early-to-mid eighteenth century. The dictionary was discovered in G. F. Müller’s archives. Other available archives (e.g., those of A. J. Sjögren and P. S. Pallas) contain no mention of the dictionary. So, the only source referring to the latter is a 1958 article by Hungarian linguist J. Gulya that analyzes several Mansi words recorded in the eighteenth century across the Lower Tagil, Lower Tura, and Chusovaya river basins to determine a total of three distinct features inherent to the local Mansi dialects. A comparison of lexemes contained in G. F. Müller’s dictionary of Chusovaya Mansi against the ones published in J. Gulya’s work has yielded a number of discrepancies with the scholar’s conclusions. Goals. So, the paper compares Chusovaya Mansi against other Mansi dialects — Berezovo, Solikamsk, Cherdyn, Kungur, Upper Tura, and Karpinsky ones — recorded during the same period and in the same area. The most extensive description and analysis of the latter sources based on L. Honti’s classification are to be found in J. Normanskaya’s article titled ‘How the Classification of Mansi Dialects Was Changed (On the Material of the First Cyrillic Books and Dictionaries of the 18th and 19th Centuries)’ (2022). Materials and methods. The work employs the comparative and comparative historical methods to examine a variety of Mansi-language archival sources. Results. The paper reconsiders the data contained in J. Normanskaya’s publication for a comparative analysis, and shows that the Chusovaya Mansi dictionary does confirm the Russian researcher’s conclusions: Northern and Western Mansi dialect differences developed by L. Honti were non-existent or had only just appeared in the eighteenth century. However, the proto-Mansi *k>χ transition before back vowels identified by J. Normanskaya as the one and only feature exclusively characteristic of Northern Mansi dialects has not been confirmed in the Chusovaya dialect traditionally clustered within Western Mansi: it happens to contain the traditional Northern transition (chot ‘шесть’, chórom ‘три’).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.