доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой
Dr. Sc. (History), Professor, Head of Department, Head of Laboratory
научный сотрудниклаборант
Research AssociateLaboratory Assistant
Введение. После Великой Отечественной войны в СССР меняется религиозная политика, которая в целом в стране вначале характеризуется ее смягчением по отношению к религиозным направлениям, а затем трансформируется в сторону ее ужесточения. Об этом свидетельствуют исторические факты на региональном уровне, в том числе и исторические события, происходившие в Туве в рассматриваемый период. После вхождения в 1944 г. бывшего независимого государства — Тувинской Народной Республики в состав СССР в статусе автономной области РСФСР регион стал включаться в правовое поле советского государства и регулироваться советским законодательством. Буддийские, православные, старообрядческие и протестантская общины Тувинской автономной области с этого момента подпали под государственно-конфессиональную политику СССР в послевоенные годы. Цель статьи — исследование положения религиозных общин в Туве в контексте государственно-конфессиональной политики СССР в середине 1940-х гг. Материалы и методы. Источниковой базой исследования послужили документы из фонда Государственного архива Российской Федерации. В научный оборот вводятся новые архивные материалы, отражающие особенности взаимоотношения религиозных общин и государственных органов власти центрального и регионального уровней. Интерес представляет деятельность местных религиозных объединений и их духовенства. Результаты. В результате сложной, нелинейной и неоднозначной религиозной политики в стране после Великой Отечественной войны, направленной на использование религиозных объединений в государственных целях, в Тувинской области из всех существующих религиозных объединений официальную регистрацию и возможность вести законную религиозную деятельность удалось получить лишь православным верующим. Остальным представителям конфессий, включая подавляющую часть религиозного населения — буддистам, на протяжении всего изучаемого времени не дали официального разрешения на законное существование, и им пришлось находиться в нелегальном положении. Авторам на основе имеющихся исторических документов удалось частично восстановить историю религиозных институций и хронологию событий тех лет, связанных с религиозной жизнью населения области в исследуемый период.
Introduction. In the direct aftermath of the Great Patriotic War, the Soviet religious policy changed and initially started being characterized nationwide by somewhat mitigated attitudes towards faith movements and religion in general — only to experience another harder line soon. This is evidenced by historical facts at regional levels, including the events witnessed by the then Tuva. After the once independent Tuvan People’s Republic joined the Soviet Union as autonomous region of the RSFSR in 1944, it started being incorporated into the Soviet legal framework and regulated by Soviet legislation. Thus, the Buddhist, Orthodox Christian, Old Believer and Protestant communities of Tuvan Autonomous Oblast became objects of the post-war Soviet government’s religious policy. Goals. The article attempts a review of conditions experienced by Tuva’s faith communities in the context of the 1940s Soviet religious policy. Materials and methods. The study focuses on documents housed by the State Archive of Russia. The newly introduced archival materials cast light on some features inherent to relations between aforementioned communities and government agencies at national and regional levels. Special attention is given to activities of local religious associations and their clergy. Results. The complex, non-linear and ambiguous post-war religious policy aimed at using faith associations in the interests of government resulted in that only Orthodox Christians succeeded in obtaining official registration and the opportunity to conduct legal religious activities. The remaining believers — including the overwhelming Buddhist majority of Tuva — would fail to obtain any official permission for legal existence and had to operate illegally. The paper reviews available historical documents to partially restore the history of faith institutions and the chronology of corresponding events related to religious life across the region in the period under consideration.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.