Preview

Oriental Studies

Расширенный поиск
№ 2 (2018)
Скачать выпуск PDF

ИСТОРИЯ

2-13 166
Аннотация

В статье представлен анализ источников средневековой истории Магриба в целях идентифицирования происхождения берберского племенного объединения санхаджа. Исследование включает в себя анализ территорий, предположительно занимаемых ветвями этой племенной конфедерации, в дополнение к миграционным путям йеменского региона, центральной Сахары и Магриба; историю берберов, в основном основанную на текстах Ибн Халдуна, его описании истории региона, генеалогического древа берберских племен и семей. Кроме того, чтобы воссоздать более полную картину смешения народов, мы должны учитывать демографический вклад арабов и народов европейского континента. Йеменцы сыграли свою роль в Магрибе, но настоящая арабизация произошла не ранее XI в., поэтому вопрос заключается в более ранних отношениях между арабскими племенами. С другой стороны, существует демографический вклад, который систематически недооценивается в Магрибе, рабов субсахарского происхождения, оказавших гораздо большее влияние, нежели принято считать.
Различные социальные и политические условия на Ближнем Востоке и в Северной Африке, а также эволюция исламской письменной традиции на арабском языке в раннем средневековье объясняют множественность и неоднородность данных о берберах в арабских исторических работах. Таким образом, крайне желательно точное и последовательное изучение всех доступных источников. Корреляция средневековых и современных регионов, различное правописание топонимов и племенных имен, описываемых авторами того периода, разные подходы к восприятию исторического процесса, не говоря о возможности фальсификаций, усложняют изучение проблемы. Трудность также заключается в том, что некоторые источники предоставляют противоречивую информацию, которая заставляет сомневаться в их правдивости. Поэтому тема, безусловно, заслуживает подробного изучения.

14-19 94
Аннотация

29 декабря 1911 г. Монголия официально провозгласила себя страной, независимой от власти династии Цин; правителем был объявлен восьмой Богдо Джебзундамба-хутухта, удостоенный титула императора Монголии — «избранный многими» (монг. олноо өргөгдсөн). Богдо-хан, наделенный духовной и светской властью, принял три печати — две для светской политики, одну для религиозной, что было закреплено в пункте 1 тридцатого тома свода законов Монголии: «Подобный солнцу, держатель духовной и светской властей, чей возраст насчитывает десятки тысяч лет, Богдо-хан обладает двумя печатями — нефритовой и серебряной. Они должны применяться для помилований, указов, дарования Учений, благословений, грамот с желтой лентой».
На нефритовой печати, которая использовалась для указов, на письменности соёмбо, классическом монгольском и квадратном письме выгравирована следующая надпись: «Императорская печать Его Святейшества Богдо-хана, держателя духовной и светской властей». Эта печать весом 5 кг сделана из нефрита, в верхнем левом углу находится символ соёмбо, в центре расположена надпись на классическом монгольском, слева — на квадратном письме, справа — на письменности соёмбо. Размеры печати — 8,5х8,5 см; ручка, согласно легенде, выполнена из чинтамани — камня, исполняющего желания.
Наряду с нефритовой печатью, изготовленной по образцу традиционной печати великой Монгольской империи, Богдо-хан также использовал печать из чистого серебра с той же надписью для светской политики. По размерам она была больше нефритовой на 1,5 см, ее вес составлял 5,89 кг; ручка была сделана в форме головы льва. В левом углу расположена надпись: «Пусть Учение будет незапятнанным!», в правом — «Пусть государство будет нерушимо!» на классическом монгольском языке. В этих надписях нашли выражение надежды монголов на сохранение чистоты Учения и нерушимость империи. В верхней части печати выгравировано слово «небо», в нижней — «земля», слева и справа от ручки — «мир» и «спокойствие». Таким образом, эти слова составляли две наделенные глубоким смыслом фразы «мирное небо» и «спокойная земля».

20-28 41
Аннотация

Хошуты оказались вовлечены в события в Тибете после обращения глав школы Гелук к ойратам за военной помощью. После успешной кампании хошутского Гуши-хана в 1637–1642 гг. ставший во главе Тибета Далай-лама Пятый Лобсан Гьяцо даровал ему и его потомкам титулы правителя веры (чогьял) и царя (гьялпо) Тибета.
Завершение войны сопровождалось установлением Гуши-ханом тесных отношений с маньчжурами и организацией собственного государства в Цинхае, для чего им был разработан основной законодательный акт. После смерти Гуши-хана его сыновья разделили владения на две части — лхасско-тибетскую и кукунорскую, между которыми, особенно при гьялпо Лхавзане, возникли трения и вражда. Также Лхавзан вступил в противостояние с могущественным дэси Сангье Гьяцо, которое завершилось гибелью дэси в 1705 г.
Смещение Лхавзаном Далай-ламы Шестого Цаньяна Гьяцо и назначение нового Далай-ламы Нгаванга Еше Гьяцо приведет к эскалации отношений с другими ойратами, что завершится захватом Лхасы джунгарами в 1717 г. и в дальнейшем приходом к власти Седьмого Далай-ламы Калсана Гьяцо. Цинское правительство утвердит новую структуру власти в Тибете — кашаг, лидеры которого, Канченнэ и Пхоланай, будут иметь особого рода отношение к хошутам. Вероятно, маньчжуры хотели сохранить роль хошутов в Тибете, однако после восстания Лобсана Данзина в 1723 г. Пекин изменил политику: хошуты потеряли право быть царями Тибета и вошли в состав Цинской империи.

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ

29-37 59
Аннотация
Предметом исследования данной статьи является делопроизводственная практика Управления калмыцкого народа и улусных управлений Калмыцкой степи Астраханской губернии в XIX – начале XX вв., как органов управления одного из представителей инородческого населения Российской империи. В качестве методов исследования использованы: реконструктивный, позволивший восстановить отдельные стороны делопроизводственного процесса органов управления Калмыцкой степи в рассматриваемый период, а также метод классификации исторических источников, позволивший разделить служебную документацию по видам, тем самым выделить характерные для них общие и специфические признаки. Особое внимание уделяется анализу документальных материалов из фондов Национального архива Республики Калмыкия, который позволил сделать вывод о том, что общим признаком документального массива делопроизводственной практики являлась соподчиненность, т. е. нижестоящие учреждения и должностные лица направляли в вышестоящие инстанции рапорты, донесения, доклады, ходатайства и представления, тогда как вышестоящие издавали распоряжения, предписания, циркуляры, постановления и уведомления. В заключение автор приходит к выводу о том, что делопроизводство как составная часть системы управления также была направлена на интеграцию Калмыцкой степи в общероссийское пространство, в том числе посредством аккультурации населения.
38-46 54
Аннотация

Статья посвящена рассмотрению хода и особенностей демографических процессов в среде донского крестьянства в период после реформы 1861 г. Обосновывается научная, историческая и социальная значимость изучения демографических процессов в среде крестьянства. Автором указывается, что выбор курса современной государственной политики по регулированию демографической ситуации должен обеспечиваться аналитическими исследованиями исторического опыта, направленными на выявление факторов, оказывающих влияние на демографическую ситуацию. Проводится анализ историографии проблемы, подчеркивается отсутствие специальных работ, посвященных вопросам демографии донского крестьянства пореформенного периода.
В работе анализируется демографическая картина региона в целом, приводится статистика по динамике численности населения, показатели рождаемости, смертности, естественного прироста. Проводится сравнительная характеристика демографического поведения крестьянства Дона с иными социальными группами населения региона, с данными демографии по стране. Выявлены особенности демографических процессов в среде донского крестьянства, факторы, влияющие на динамику численности крестьянского населения. Показано, что одной из характерных особенностей демографических процессов являлась интенсивная внешняя колонизация Дона аграрным населением, которая оказала влияние на социально-демографическое развитие региона в целом. В результате миграций на Дону сформировались две отдельные категории крестьянского населения ― коренное и иногороднее крестьянство, положение и особенности развития которых значительно различались. Отмечается, что для крестьянского населения в целом была характерна более высокая в сравнении с казачеством рождаемость, в то же время отмечалась более высокая смертность, объяснявшаяся менее благоприятными условиями жизни. Особенно высокая смертность отмечалась среди детей. Отдельно рассматриваются такие аспекты, как уровень продолжительности жизни, возрастной состав, гендерная статистика. В заключении статьи автор приводит выводы, резюмируя особенности демографических процессов в среде донского крестьянства пореформенного периода. В частности, отмечается: несмотря на то, что Область войска Донского исторически являлась казачьим регионом, для демографических процессов на Дону был характерен быстрый прирост неказачьего, прежде всего, крестьянского населения. Однако, в отличие от большинства регионов страны, численность населения Дона росла за счет не столько естественного прироста, сколько за счет многотысячных миграций в край аграрного населения. Качественные показатели демографического процесса находились в тесной корреляция с условиями жизни и бытования крестьянского населения.

47-58 41
Аннотация

Статья посвящена текстуальным репрезентациям традиционного быта бурят в документах и статьях советских врачей, принимавших участие в кампании по борьбе с социальными болезнями в Бурят-Монгольской АССР в середине 1920-х – начале 1930-х гг. Оздоровление бурят входило в комплекс важнейших задач советизации, так как на республику и ее титульную нацию возлагалась геополитическая задача продвижения идеологии пролетарской революции в зарубежную монголосферу. На борьбу с венерическими и кожными болезнями, туберкулезом и трахомой Кремль направил медицинские кадры Наркомздрава РСФСР. Работавшие в республике врачи оставили много источников, где охарактеризованы традиционный быт, культура и особенности мировоззрения бурят. Анализ материалов в контексте политических процессов рассматриваемого исторического периода позволяет определить, какие аспекты кочевого быта виделись как отжившие и вредные для построения нового общества. При этом критичность и жесткость врачебных комментариев, по мнению автора, является не свидетельством восприятия бурятского быта через колониальную призму, а конкретным средством привлечения внимания к проблемам здоровья и особенностями врачебного восприятия гигиенической нормы.

59-67 48
Аннотация

В данной работе на архивном материале исследуются история образования и начало деятельности Яндыко-Мочажной партийной организации. Яндыко-Мочажный улуском РКП(б) образован на объединенном пленуме Яндыко-Мочажной и Эркетеневской объединенной улусной организации РКП(б).
Яндыко-Мочажная партийная ячейка первоначально была организована в декабре 1918 г. партийным работником Кирилловым. В октябре 1919 г. ячейка была вновь восстановлена прибывшим в Калмыцкую степь по мандату ЦК РКП(б) К. Р. Герценбергом.
Партийная ячейка в Яндыко-Мочажном улусе состояла преимущественно из рабочих рыбных промыслов. В нее входили Хохол Джалыков, Тюрбя Котвыков, Сангаджи-Гаря Хадылов и многие другие. По данным архивных документов, к 18 февраля 1921 г. на учете в партийной организации состояли 13 членов партии и 10 кандидатов.
Согласно архивным документам, Яндыко-Мочажный улусный комитет партии проводил массово-политическую работу в деревне, обращал внимание на деятельность Советов, кооперативных объединений, комитетов крестьянской взаимопомощи, вовлекая в их ряды широкие слои крестьянства. Парторганизация усиленно занималась вопросами обустройства безработных на рыбных промыслах, в результате чего на промыслах были заняты около 3 000 калмыков, что считалось большим достижением, так как безработных среди рыболовецкого населения Яндыко-Мочажного улуса насчитывалось 5–6 тысяч человек. Было организовано 3 сельскохозяйственных кооперативных товарищества с числом членов свыше 1 000 человек.
Парторганизация провела агитационную кампанию по ленинскому призыву, в результате чего в партию приняли 128 рабочих рыбного произ­водства. Во всех пяти кооперативах улуса число членов составляло 2 211 человек К сентябрю 1924 г. в Яндыко-Мочажной партийной организации насчитывалось уже 168 коммунистов.
В начале 1925 г. в Калмыцкой автономной области были объявлены проверка и «чистка» партийных ячеек с целью оживления деятельности партийных организаций, их укрепления. В характеристике деятельности Яндыко-Мочажной партийной ячейки отмечались и недостатки в работе. К ним относились: слабое вовлечение в партию рабочих и батраков, недостаточное руководство комсомольскими организациями, слабый контроль за работой групп бедноты, недостаточное проведение антирелигиозной пропаганды среди коммунистов, комсомольцев и беспартийных. Эти недостатки были присущи и другим партийным ячейкам.

68-78 51
Аннотация

Основная цель статьи ― раскрыть оккупационную, захватническую политику фашистской Германии, политику порабощения советских людей, использования их как дешевой рабочей силы, насильственного угона в Германию на рабство. В связи с этим ставится задача ― на основе различных по происхождению и содержанию источников ― исследовать тему угона немцами советских людей из временно оккупированных отдельных территорий СССР, в том числе и из Калмыцкой республики, и возвращения их на родину в контексте общей проблемы репатриации советских граждан, угнанных в рабство фашистами в годы Второй мировой войны. Методологической основой исследования послужил метод познания, опирающийся на принципы историзма, объективности, всестороннего подхода. При изучении и использовании исторических источников применялись методы источниковедческого и компаративного анализа.
При этом проводится компаративный анализ источников по соседним краям и областям, позволивший показать общие трагические последствия фашистской варварской политики истребления советских граждан путем принуждения к рабскому труду в нечеловеческих условиях.
За годы оккупации части территории СССР фашисты угнали в Германию в рабство значительное количество советских людей, в том числе из небольшой Калмыцкой республики, из них на принудительных, тяжелых работах на предприятиях, рудниках, полях Германии погибла почти одна треть. В результате победы над фашистской Германией оставшиеся в живых граждане СССР были возвращены на родину. Однако они долгие годы относились к категории изгоев советского общества как находившиеся в плену, на территории врага. Лишь в 1990-х гг. в России они были восстановлены в гражданских правах.

ЭТНОЛОГИЯ И АНТРОПОЛОГИЯ

79-87 62
Аннотация

Бурятский народ сегодня представляет общность, в границах которой сосуществуют разные уровни этносоциальной идентификации: от родовой и племенной общности до осознания единства бурятского народа и его близости с монгольским миром. Родовая и племенная идентичность в прошлом составляли основной и самый прочный слой индивидуального и группового самосознания. Эти уровни идентичности не утратили своей актуальности для бурят и в условиях современности, особенно в сельском обществе.
Другие уровни этносоциальной идентичности, в частности, связанные с бурятскими ведомствами и характерные для XIX в., нивелировались. Их заменили другие, основанные на административно-территориальном устройстве субъектов РСФСР и Российской Федерации (Иркутской области, Республики Бурятия, Забайкальского края): «боханские», «аларские», «закаменские», «агинские» и другие.
Не только сохраняется, но и наполняется новыми смыслами дифференциация бурят на «западных» и «восточных». Административно-территориальное разделение усилилось приоритетным влиянием шаманизма и православия в Иркутской губернии и буддизма в Забайкальской области. Представления, формирующие образы «чужих» и «своих», особенно востребованными становятся в ситуации тесных коммуникаций, например, при установлении брачных союзов.

ЯЗЫКОЗНАНИЕ / ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ

88-101 39
Аннотация

В работе сделана попытка измерить употребительность аналитических словоформ монгольского языка. Эвристически наиболее плодотворным признаётся «широкий» подход к аналитическим конструкциям, представленный в т.н. теории «грамматикализации» или «грамматизации»; но этот подход должен быть дополнен количественными методами, разработанными в корпусной лингвистике. Подсчёт делался на материале Генерального корпуса монгольского языка. На его материале изучены наиболее употребительные аналитические словоформы. Словоформы представлены в прямом алфавитном порядке аналитических структурных моделей, внутри него ― в инверсионном порядке синтетических грамматем, входящих в аналитические грамматемы, а внутри этого порядка ― в ранговом порядке убывания частот. Приведены наиболее употребительные аналитические словоформы, абсолютная частотность которых превышает 10 вхождений, а относительная ―9 ipm. Таких словоформ в корпусе ГКМЯ-1а насчитывается 1818.
В настоящей работе ставится задача измерить употребительность аналитических форм монгольского языка. Одна из главных трудностей такого исследования заключается в том, что границы самого инвентаря аналитических форм не вполне ясны. По-видимому, это множество имеет диффузную природу, то есть его границы расплывчаты. Тем не менее они поддаются исследованию достаточно точными методами, если эти методы будут иметь характер, адекватный своему реальному объекту, то есть количественный характер. Для этого необходимо на некотором первичном этапе исследования условиться, какие именно формально диагностируемые признаки есть у аналитических форм.
Представляется, что эвристически наиболее плодотворный подход к аналитическим формам ― так называемый «широкий» подход, представленный в т. н. теории «грамматикализации», а также «грамматизации» (в отечественном языкознании), например, работами В. В. Виноградова, С. Д. Кацнельсона, В. М. Жирмунского, В. Г. Гака, Ю. С. Маслова и других авторов. Но эти авторы при выделении аналитических форм не прибегают к количественным (статистическим, квантитативным) методам, ограничиваясь характеристикой семантической и синтаксической специфики аналитических конструкций, образуемых этими аналитическими формами; таким образом, встаёт вопрос о применимости вероятностно-дистрибутивного подхода к самой процедуре выделения аналитических форм.
Целью данной работы будет первичная квантитативная систематизация материала монгольского языка на материале специально разработанного автором Генерального корпуса современного монгольского языка (ГКМЯ-1а), представленного в ряде предшествующих публикаций автора.
Изложение материала будет наиболее наглядным, если мы представим его в словарной форме.

102-109 97
Аннотация

Статья посвящена сравнительно-сопоставительному исследованию якутско-монгольских параллелей, обозначающих наименования мастей лошади. Всего выявлено 13 якутско-монгольских параллелей, которые были разделены на 2 категории: однокомпонентные и двухкомпонентные. К однокомпонентной категории входят, например, такие параллели, как як. күрэӊ // монг. хүрэӊ, як. маӊаас // монг. маҕаас, к двухкомпонентным — як. сырдык саалыр ‘светло-буланая’// монг. цагаан саарал ‘бело-серый’. Для достижения поставленной цели были использованы фоноструктурный, лексико-семантический, морфологический, дистрибутивный анализы. С помощью проведенных анализов авторы пришли к следующим выводам: 1) исследование показало, что, по всей вероятности, 10 наименований мастей лошади якутского языка являются заимствованием из монгольского языка, например: саалыр ‘буланый’, чуоҕур ‘чубарая’, буулур (бурул) ‘чалый’, як. маӊаас ‘с белой отметиной на морде независимо от масти (о домашних животных)’ и др.; 2) все двухкомпонентные якутско-монгольские параллели обозначают подмастки основных мастей; 3) устойчивость структурных оформлений якутских лексем наблюдается в 39 % случаях; 4) 3 якутские основы ‘саалыр’, ‘буулур’, ‘күрэӊ’ можно отнести к поздним монгольским заимствованиям; 5) монгольский язык оказал большое влияние на развитие коневодческой терминологии якутского языка.

110-121 101
Аннотация

Статья посвящена исследованию особенностей перевода фразеологически связанных и свободных словосочетаний со словом Бог/бог с русского на китайский язык, функционирующих в художественном тексте. Актуальность исследования объясняется активизацией китайско-русских культурных контактов, что обусловливает необходимость поиска адекватных языковых единиц для перевода фундаментальных концептов (в том числе Бог/бог), входящих в национальные картины мира. Русская и китайская религиозная и языковая картины мира различаются как «божественная» (православная) и «небесная», что отражается во фразеологии: слова Бог и Небо широко употребляются в русских и китайских устойчивых сочетаниях.
На материале романа А. С. Пушкина «Капитанская дочка» и семи его изданий на китайском языке рассматриваются варианты перевода сочетаний со словом-понятием Бог/бог (относительно которого ни в одном из семи изданий нет комментариев) с учетом лексической семантики управляемого (управляющего) компонента и его синтаксической функции. Основной задачей исследования является сопоставление условий употребления каждого из трех выявленных в китайских изданиях вариантов перевода русских фразеологических и свободных сочетаний с целью обнаружения лингвокультурных, контекстуальных закономерностей перевода, а также субъективных, индивидуальных предпочтений переводчиков. В статье предлагается типология коммуникативных ситуаций употребления устойчивых сочетаний со словом Бог/бог, составленная на основании русских словарей. Цель исследования ― выявление закономерностей, проявляющих взаимовлияние языка и культуры при переводе художественного произведения для читателя-инофона.

122-130 61
Аннотация

В настоящее время лингвисты огромное внимание уделяют проблеме лексической сочетаемости слов. В калмыцком языке сочетаемость имен прилагательных недостаточно изучена, имеется ряд статей, в которых рассматривалась синтагматика имен прилагательных, обозначающих движение, размер, величину и геометрическую форму. Данная работа посвящена выявлению особенностей лексической сочетаемости имени прилагательного догшн, обозначающего отрицательные черты характера человека. Материалом для исследования послужили песни калмыцкого героического эпоса «Джангар» и тексты Национального корпуса калмыцкого языка — НККЯ (http://kalmcorpora.ru).
Нами зафиксированы и рассмотрены лексические сочетания наиболее распространенного имени прилагательного ― догшн, обозначающего сильные и в определенных случаях отрицательные черты характера человека. Рассматриваемое нами прилагательное догшн имеет весьма широкую лексическую сочетаемость с существительными различных групп. Прилагательное догшн, определяющее характер человека, может быть использовано для характеристики внешних проявлений (взгляд): догшн хәләц ‘свирепый взгляд’; сочетается с существительными, обозначающими части тела человека: догшн нүдн ‘свирепые глаза’, догшн чирә ‘свирепое лицо’. Менее продуктивное употребление в сочетании с существительным-соматизмом «сердце»: догшн зүркн ‘жестокое сердце’. Часто встречается сочетание с существительными «речь, голос, слово»: догшн дун ‘жестокий голос’, догшн ә ‘сильный звук’, догшн үг ‘жестокое слово’.
Лексема догшн имеет не только прямое значение, обозначая человека с большой физической силой, жестокого, свирепого, но и переносное — сверхпрочный, крепкий, разящий насмерть. В связи с тем, что «Джангар» — героический текст, описывающий богатырей, их доблесть, силу, отвагу, сочетание догшн также связано с различными видами богатырского холодного оружия. Догшн имеет переносное значение ‘очень сильный, превосходящий обычное’: догшн күн ‘жестокий человек’ — догшн ноолдан ‘жестокая борьба’ — догшн салькн ‘крепкий, жестокий мороз’.
В качестве основного номинативного значения прилагательного догшн мы выделяем:
1. жестокий — крайне суровый, безжалостный, беспощадный, не проявляющий сострадания.
2. свирепый, сильный, неспокойный (о животных, птицах).
3. грозный, разящий, неумолимый (о богатырском холодном оружии).
4. жестокий, свирепый, лютый, резкий, очень сильный (о морозе, ветре).
5. выражающий жестокость (о виде, взгляде, лице).
6. неукротимый, свирепый (о водных бассейнах).
7. строгий, свирепый (эпитеты имен богатырей).

131-143 63
Аннотация

В статье описывается одна из наиболее популярных в тибетском буддизме молитв-устремлений «Арья-бхадрачарья-пранидхана-раджа» (сокращенно — «Бхадрачарья»), более известная в тибетской традиции как «Зангчо монлам» (тиб. bzang spyod smon lam). Она рассмотрена в контексте крупных сутр, в составе которых она входит в канонические сборники Кагьюр и Тэнгьюр, — «Аватамсака-сутры» и «Гандавьюха-сутры», а также как самостоятельный текст. «Бхадрачарья» была связана с культом Чистой Земли Будды Амитабхи Сукхавати в Китае и, вероятно, Тибете, и, как предполагают исследователи С. Шайк и Л. Доуни, начитывалась для долголетия царя Трисонг Децена. Также в тибетской письменной традиции текст «Бхадрачарьи» цитировался многими учителями как образец семеричного ритуала, имеющего важное значение в буддийской практике. Кроме того, в статье вкратце приведены биографии переводчиков, упомянутых в колофонах тибетских переводов «Бхадрачарьи». Этот текст все еще имеет широкое бытование в современном тибетском буддизме, что подчеркивают многие исследователи.

СОЦИОЛОГИЯ

144-161 104
Аннотация

Сохранение и развитие татарского языка является актуальной задачей для Республики Татарстан. Будущее языка во многом зависит от того, какую стратегию выберет молодое поколение: будет ли говорить в семье, изучать в учебных заведениях и использовать его в разных сферах своей жизни. По данным последних исследований, использование татарского языка среди городской татарской молодежи ограничивается бытовым уровнем и сферой семьи; а основную коммуникативную функцию в городах выполняет русский язык. В сельской местности татарский язык сохраняет свою роль основного языка общения, однако темпы урбанизации и функционирование языка только в сельских районах не позволяют сохраниться и развиваться языку во всей широте его возможностей.
Жители республики, для которых татарский язык не является родным, а также русскоязычные татары, несмотря на обучение языку в детских дошкольных учреждениях, полный курс татарского языка и литературы в школах, демонстрируют невысокий уровень языковой компетенции и не используют его в своей жизни. Кроме того, все передовые темы в сферах культуры, технологии, бизнеса презентуются в Татарстане на русском языке, татарский оказывается языком семейно-бытового общения. В статье показано, как эта ситуация оценивается молодым поколением татарстанцев и какие проекты по сохранению и развитию языка они поддерживают или реализуют сами. Автор анализирует проекты, предлагаемые молодежью в сфере развития татарского языка, по их задачам: 1) проекты, направленные на создание и усовершенствование методик и практик изучения татарского языка; 2) проекты, представляющие Татарстан как билингвальное сообщество; 3) проекты, направленные на расширение сфер применения татарского языка, и проекты для детей.

162-170 57
Аннотация

В статье рассмотрены отдельные показатели (уровень доходов, эмоциональное состояние, социальный оптимизм/пессимизм) сельских жителей республики, которые характеризуют адаптационные процессы в сельской местности.
Актуальность статьи заключается в необходимости всестороннего анализа социальных последствий аграрных реформ для развития сельскохозяйственной отрасли в Республике Калмыкия. С этой целью использованы результаты социологических исследований, проведенных в сельских районах Калмыцким научным центром РАН в 2016 и 2017 гг. Проанализирована оценка селянами экономической ситуации, актуальных социальных проблем в регионе, своего социального самочувствия.
С увеличением с середины 2000-х гг. поддержки государством сельских товаропроизводителей, расширением возможности получения кредитных ресурсов постепенно улучшалось состояние агропродовольственного комплекса страны, в том числе и Калмыкии. Селяне получили возможности развития личных подсобных хозяйств и крестьянских (фермерских) хозяйств. Сельские жители постепенно адаптируются к рыночным условиям.
Однако существует немало нерешенных проблем, связанных с ситуацией на рынке труда, низким уровнем заработной платы, отсутствием селообразующих предприятий, инвестиционных ресурсов, социальной инфраструктуры, необходимых для развития сельских территорий республики.

РЕЦЕНЗИИ

171-173 47
Аннотация

Рец. на: Желтая история (Шара туджи) / пер. с монгольского, транслитерация, введ. и коммент. А. Д. Цендиной. М.: Наука – Вост. лит., 2017. 406 c. (Памятники письменности Востока. CXLVII / редкол.: А. Б. Куделин (пред.) и др. – ISBN 978-5-02-039768-2. На русском яз.

 



Creative Commons License Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial» («Атрибуция — Некоммерческое использование») 4.0 Всемирная.


ISSN 2619-0990 (Print)
ISSN 2619-1008 (Online)